Место, где наука оживает: к 104-летию Биологического музея

24 апреля Государственному биологическому музею имени К.А. Тимирязева исполняется 104 года. За это время он сменил несколько адресов, пережил Великую Отечественную войну и немало исторических бурь — и все равно остался собой: местом, где наука существует не для учебников, а для людей, пространством, которое учит думать, а не просто смотреть.

Рождение «живого» музея

История Биологического музея начинается еще до 1934 года, когда он переехал на Малую Грузинскую, — примерно на два десятилетия раньше. В 1913-м в Московском городском народном университете имени А.Л. Шанявского сформировался кружок любителей изучения флоры и фауны России.

Университет Шанявского был совершенно особым местом, где читали лекции лучшие ученые страны. Туда принимали всех желающих старше 16 лет — без дипломов, сословных различий, а также ограничений по полу и вероисповеданию. Занятия проходили только по вечерам, чтобы могли учиться работающие.

Один из преподавателей, Борис Михайлович Завадовский, и стал основателем Биологического музея. Академик ВАСХНИЛ, выдающийся ученый в области физиологии, эндокринологии и биологии развития, автор более 200 научных работ — он получил степени доктора биологических и сельскохозяйственных наук без защиты диссертаций, по совокупности трудов. Но главным делом жизни Борис Михайлович считал музей.

Официальное открытие состоялось 7 мая 1922 года. Имя музей получил в честь еще одного блестящего ученого и легендарного популяризатора науки — Климента Аркадьевича Тимирязева. Борис Завадовский считал его одним из своих наставников и таким образом отдал дань уважения учителю.

Завадовский с коллегами придумали нечто принципиально новое в музейном деле. Это была не коллекция «мертвых» предметов под стеклом, а «проблемный» музей, раскрывающий живые идеи биологии. Не пыльные витрины, а лаборатория, где можно все потрогать руками и провести эксперимент. Не рассказ о природе, а погружение в нее. Впервые в мировой музейной практике появились залы, посвященные экологии, генетике, эндокринологии, физиологии растений и теории эволюции.

«Этот музей в недалеком будущем затмит лучшие музеи Нью-Йорка, Бостона и Парижа», — написал в книге отзывов один из известнейших ученых Николай Вавилов.

Усадьба, война и пять месяцев на чудо

В 1934 году музей занял старинную усадьбу на Малой Грузинской улице, у которой уже было богатое музейное прошлое. Ее построил для своего Музея российских древностей известнейший коллекционер, статский советник Петр Иванович Щукин. Краснокирпичное здание с кокошниками и барельефом единорога на фасаде несколько десятилетий было любимым местом образованной московской публики.

Среди экспонатов — старинное оружие, ордена и медали, иконы, персидские рукописи и японские ширмы, архивы декабристов и дворянских фамилий. После смерти Щукина коллекция разошлась по крупнейшим музеям страны, а в самой усадьбе квартировали разные учреждения, пока там не обосновался Биологический музей.

Биологический музей начал новую главу: здесь построили оранжерею и живой уголок, разработали экспозиции, которые посещали крупнейшие ученые. Но уже в июне 1941 года, как и большинство музеев страны, он был вынужден закрыться. Часть коллекций эвакуировали в Казахстан, часть осталась — и на ее базе развернули курсы Красного Креста по подготовке медицинского персонала. За три военных года здесь прошли обучение около 10 тысяч медсестер и санитаров. Несколько сотрудниц музея, оставшихся в Москве, непосредственно проводили занятия с использованием местной экспонатуры.

После войны Завадовский, вернувшийся из Омска, где был в эвакуации, обнаружил, что здания заняты Геологическим фондом, а затем встал вопрос об их передаче посольствам. Завадовский писал письма Вячеславу Молотову, Георгию Маленкову и Иосифу Сталину с просьбой вернуть здания музею. И в декабре 1946 года он добился своего. Новая экспозиция была создана за пять месяцев и открылась 7 мая 1947-го — к 25-летию музея. Люди соскучились по мирной жизни, по науке и красоте. Музей снова наполнился публикой.

Год 1948-й: когда науку объявили буржуазной

В августе 1948 года грянула печально известная сессия ВАСХНИЛ — Всесоюзной академии сельскохозяйственных наук имени В.И. Ленина. На ней генетику и ряд других направлений биологии официально объявили «буржуазными лженауками». Биологический музей оказался в эпицентре событий. Экспозиция по генетике — первая в СССР, созданная еще в 1925 году, — была только что восстановлена после войны: два зала, посвященные классической генетике животных и растений. Теперь все это предстояло демонтировать.

Завадовский, за несколько дней узнав о готовящейся сессии, прилетел из Кисловодска в Москву. На заседании он стал одним из немногих ученых, открыто вставших на защиту генетики: из более полусотни выступавших таких нашлось лишь пятеро. Директор Биологического музея прямо говорил, что метод административного давления на науку недопустим. Он знал, чем рискует, и все равно вышел на трибуну.

Последствия не заставили себя ждать. Завадовского сняли с поста директора музея, с должности заведующего кафедрой дарвинизма и экспериментальной биологии, а также с поста директора Всесоюзного общества эндокринологов. Он остался без работы. После сессии перенес два инсульта, писал письма в правительство с просьбой использовать его знания хоть в каком-нибудь качестве.

В декабре 1948 года, находясь на лечении в Боткинской больнице, Завадовский узнал, что готовится распоряжение о закрытии музея и расформировании его коллекций. Он нашел в себе силы приехать на совещание и своим выступлением доказал необходимость существования музея как просветительного учреждения. В должности директора его не восстановили, но музей он спас.

Новым директором стал Иван Петрович Кряжин, которому пришлось полностью перестраивать экспозиции. Уважая наследие Завадовского, он не уволил никого из штата. Экспозиция по генетике вернулась в музей только к концу 1966 года. Новый зал — «Основы генетики, селекции и молекулярной биологии» — открывал тему молекулярной биологии, о которой тогда мало кто слышал даже в научных кругах. Музей снова оказался первопроходцем.

Зал с темно-синими стенами — новое слово в музейном деле

Старейший из существующих залов музея носит название «Основы эволюционной теории». Этот дарвиновский зал появился в 1958–1959 годах — его открытие приурочили к 150-летию со дня рождения Чарльза Дарвина и 95-летию выхода в свет его главного труда — «Происхождения видов». Он стал настоящим событием в истории советского музейного дела. Зал создали братья Стенберги — главные художники-оформители Москвы и Красной площади с 1935 по 1955 год.

Темно-синий фон, на котором экспонаты ярко выделялись, оказался своеобразным ноу-хау музея. Три большие диорамы выполнила творческая группа художников, макетчиков и таксидермистов под руководством народного художника РСФСР Ефима Исааковича Дешалыта — для каждой из них он лично выезжал на пленэр, делал акварельные зарисовки Кубанского побережья, пустыни Каракум и Рыбинского водохранилища. 

Министерство культуры разослало описание этого зала по всем краеведческим музеям Советского Союза как методическое руководство: вот как надо показывать эволюцию. Это был новый язык музейного пространства — и этот язык придумали здесь, на Малой Грузинской.

Спустя 100 лет: сердце живой науки

Сегодняшний Биологический музей на Малой Грузинской занимает площадь 800 квадратных метров, но по охвату тем не имеет аналогов в России. Физиология растений и животных, генетика, теория эволюции, происхождение жизни, молекулярная биология — все это уместилось в залах старинного щукинского особняка.

В 2022 году, к 100-летию, Биологический музей открыл выставку «12 признаков живого» в павильоне «Геология» на ВДНХ. Это был смелый эксперимент — синтез естественно-научных экспонатов и современного искусства. А летом 2025 года появился «Биокластер» — новый большой проект, который сейчас охватывает два исторических павильона, а в будущем добавится еще несколько площадок. Это общественное пространство и научный центр, где наука, культура и общество сходятся напрямую.

Биологическому музею имени К.А. Тимирязева — 104 года. Все эти годы он жил и развивался прежде всего потому, что был нужен, потому что здесь всегда умели делать науку живой — в самом буквальном смысле слова.

Изображение (фото): Государственный биологический музей имени К.А. Тимирязева, Максим Денисов. Mos.ru

Исторические события:

• Великая Отечественная война 22.06.1941-09.05.1945.

Участники событий и другие указанные лица:

• Вавилов Николай Иванович, русский и советский учёный-генетик мирового уровня, ботаник, селекционер, химик, географ, общественный и государственный деятель;
• Завадовский Борис Михайлович, советский биолог, популяризатор науки, автор ряда научно-популярных книг по биологии, академик Всесоюзная академия сельскохозяйственных наук имени Ленина;
• Кряжин Иван Петрович, советский деятель культуры, биолог, музейный работник, краевед и организатор науки, возглавлявший Государственный Биологический музей;
• Маленков Георгий Максимилианович, советский государственный и партийный деятель, соратник И. В. Сталина, председатель Совета Министров;
• Молотов (Скрябин) Вячеслав Михайлович, русский революционер, советский политический, государственный и партийный деятель, народный комиссар иностранных дел СССР, министр иностранных дел СССР, один из высших руководителей ВКП(б) и КПСС;
• Сталин (Джугашвили) Иосиф Виссарионович, российский революционер, советский политический, государственный, военный и партийный деятель, фактический руководитель СССР, генеральный секретарь ЦК КПСС, генералиссимус Советского Союза;
• Тимирязев Климент Аркадьевич, русский естествоиспытатель, специалист по физиологии растений, пропагандист идей Дарвина об эволюции, историк науки, заслуженный профессор Московского университета, член-корреспондент Петербургской академии наук, член Лондонского королевского общества;
• Шанявский Альфонс Леонович, русский офицер польского происхождения, генерал-майор, золотопромышленник, меценат;
• Щукин Пётр Иванович, русский коллекционер, предприниматель, меценат, действительный статский советник, создатель Щукинского музея.